Милли, устав от прошлого, полного разочарований и невысказанных обид, видит в предложении стать горничной в поместье Винчестеров долгожданный шанс. Особняк, возвышающийся на окраине города за высоким кованым забором, кажется ей идеальным убежищем – местом, где можно стереть старые ошибки и построить всё заново, в тишине и порядке, среди блеска мраморных полов и старинных портретов на стенах. Семья Винчестеров, на первый взгляд, воплощение аристократической сдержанности и благородства, устанавливает строгий, почти абсурдный свод правил: не подниматься на третий этаж после заката, никогда не трогать определённые семейные реликвии в библиотеке, всегда стучать в дверь гостиной ровно три раза, даже если она приоткрыта. Милли, жаждущая покоя и простых обязанностей, покорно принимает эти странности, списывая их на причуды богатых. Однако очень скоро её начинают преследовать тревожные ощущения: шепоты в пустых коридорах, когда она уверена, что дома никого нет, холодные сквозняки в комнатах с наглухо закрытыми окнами, а главное – неподдельный, животный страх, который она ловит в глазах других, давно работающих в доме слуг, когда задаёт невинные вопросы. Чем усерднее Милли старается выполнять свои обязанности и игнорировать нарастающее беспокойство, тем настойчивее особняк начинает приоткрывать свои мрачные тайны. Случайно найденный дневник предыдущей горничной, внезапно исчезнувшей полгода назад, описывает те же самые странные явления, но уже с оттенком панического ужаса. Обрывки фраз, намёки на некий «договор», который семья Винчестеров заключила много лет назад, и упоминания о тихом плаче, доносящемся из-за запертой двери на третьем этаже, заставляют Милли нарушить главное правило. Ночью она проникает в запретную зону особняка и обнаруживает не просто комнату, а целое святилище, хранящее память о трагедии, на которой, как оказывается, построено всё благополучие семьи. Разгадка оказывается шокирующей и циничной, раскрывая, что Винчестеры платят ужасную цену за своё положение, а роль слуг в этом доме – не просто работа, а часть жуткого ритуала. Но в самый момент, когда кажется, что правда вот-вот вырвется на свободу, Милли с ужасом понимает, что особняк, словно живое существо, знает и о её прошлом. Тени её собственных тайн – того, от чего она так отчаянно бежала, – начинают материализоваться в тёмных углах, в отражениях в зеркалах, в голосах, звучащих в её голове. Оказывается, Винчестеры выбрали её не случайно: чистота листа, которого она так жаждала, была лишь иллюзией, а особняк питается не только древними договорами, но и скрытой виной, страхом и невысказанными грехами тех, кто переступает его порог. Спасение теперь зависит не только от того, сможет ли она раскрыть и остановить зловещий цикл, творящийся в доме, но и от того, готова ли она встретиться лицом к лицу с тем, что оставила позади, ибо в стенах этого поместья ни одна тайна не остаётся в тени.